Личный кабинет

Имя

Пароль

Запомнить меня


Забыли пароль?
Зарегестрироваться

Опросы:

Какие просьбы о помощи вызывают у Вас доверие и мотивируют откликнуться?

Сообщение в социальных сетях с просьбой перепоста или лайка
Объявление о сборе средств в печатных СМИ
Объявление о сборе средств по телевиденью или радио
Объявление о сборе средств на форумах
Объявление о сборе денег посредством акций и проектов
Объявление о сборе средств на благотворительных ящиках
Объявление о сборе денег посредством проведения мероприятий


Результаты опроса
Все опросы


 

Наши партнёры

ЧАЭС, авария, катастрофа, кинооператоры
Автор: admin
Разместил: katskin   Дата: 2013-04-20 17:26


Прошло более двадцати пяти лет с того трагического дня, когда над Украиной прозвучал Чернобыльский набат.
В Украине у каждого свой Чернобыль, как у каждого семьдесят лет назад началась своя Великая Отечественная Война. Сто семьдесят тысяч людей из зоны обязательного отселения лишились своей малой родины, две с половиной тысячи городов и сел в разной степени попали под радиоактивное загрязнение, более полумиллиона человек занимались ликвидацией последствий аварии в непосредственной близости от взорвавшегося энергоблока.
У каждого свое измерение трагедии.
Есть катастрофа, и есть последствия этой катастрофы. Много фильмов созданы уже через годы после взрыва четвертого блока Чернобыльской АЭС. Но лишь немногие стали свидетелями трагедии. После взрыва на Чернобыльской АЭС 26 апреля 1986-го года власти делали все, чтобы в зону катастрофы не попали журналисты. Великое государство не могло расписаться в своей беспомощности, а уж тем более признать страшные непоправимые ошибки. Но самый оперативный жанр кино - документалистика, - невзирая на приказы и циркуляры, после многочисленных звонков, запросов и отказов все же прорвался в самое сердце зоны через заслоны военных и запреты чиновников.



Одной из первых (14 мая 1986 года) у разлома реактора оказалась группа режиссера и оператора "Укркинохроники" Владимира Шевченко: сам Владимир Никитович, операторы Виктор Крипченко и Владимир Таранченко, механик Валерий Башкатов, звукооператор Александр Королев и два водителя. Они, снимая самые без преувеличения смертельные кадры, провели там сто дней плече к плечу с пожарными, энергетиками, военными, дозиметристами и атомщиками, которые ликвидировали последствия взрыва на ЧАЭС. Кто-то из них выполнял приказ и просто не имел выбора, кто-то попросту не осознавал весь ужас происходящего.



Среди же кинематографистов были только те, кто приехал сюда сознательно и по собственной воле. Хотя в 86-ом году в полной мере её никто не осознавал.
Возможно Владимир Никитович лучше всех понимал опасность, и именно поэтому не единожды закрывал собой своих операторов. Известный кинодраматург и писатель Игорь Малишевский со слов очевидца пересказывает, как у руин четвертого блока "Володя вышел из-за защитной бетонной стены и напрямки к четвертому блоку. Прищурившись, осмотрел будущий кадр. Объяснил как снимать оператору Вите Крипченку. Тот кричит из-за стенки:
- Понял, Никитич, прячся.
А он, широко расставив ноги, приказывает:
- Становись-ка за мной. Камеру мне на плече!
Оператор:
- Прячься, Никитич!
- Кому сказал?! Кадр испортишь!!!"
Съемки велись непрерывно в самих опасных зонах, где под ногами еще лежали обломки радиоактивного графита. Сам Владимир Никитович беспрерывно находился в непосредственной близости от реактора более ста дней, не выпуская из рук единственной на тот момент портативной телекамеры "Конвас". Боле ста дней и более двадцати тысяч кадров. Шевченко снимал, высунувшись из люка вертолета, зависшим прямо над реактором; без приближающих трансфокаторов производил съемки аварийного реактора в упор с крыши, укрывши камеру свинцовыми плитами, и не думая о себе…



Снятые из вертолета кадры над разрушенным реактором были зажжены радиацией и пленку ОТК забраковал, прокомпостировав ее для передачи на переработку серебра.. Но режиссер поставил кадры с засветкой в монтаж и на экране они появляются под частые, леденящие кровь, удары счетчика Гейгера.
С монтажом Владимир Никитович торопился, порой сутками не покидая "монтажку", сознавая, что ему отмеряна недолгая жизнь. К октябрю 1986-го работа над фильмом "Чернобыль. Хроника трудных недель." была закончена. Но чиновники, мало заботившиеся о дозах полученной людьми радиации, как многие помнят, успешно дозировали правду о трагедии. Еще полгода ушло на битву с цензурой (По положению, утвержденному зампредом Совмина СССР Борисом Щербиной, все видеоматериалы о Чернобыле должны были визироваться специальной Межведомственной комиссией, куда входили представители 33 (!) министерств и ведомств, дружно незаинтересованных в утечке невыгодной правды. А еще ж начеку были Политбюро, Главлит, Госкино), в власти ждали картину о подвиге ликвидаторов и своем мудром руководстве. А получили честную документацию, где помимо показа разрушений, героизма специалистов, пожарных, военных и резервистов, были попытки понять меру ответственности инженеров, чиновников, ученых.
Уже находясь в больнице с лучевой болезнью, Владимир Шевченко напишет в дневнике:
"Только сегодня, 10.02, в Москве решился окончательно вопрос о том, что "Чернобыль: хроника тяжелых недель" - идет. Госатом прислал в Госкино СССР 152 замечания по фильму. Наш министр бросился куда-то и отмел эти замечания, обеспечив "добро" картине. Приезжали мои "орлы" поздравить меня с этим событием. Радость? Вряд ли..."
Премьера фильма "Чернобыль. Хроника тяжелых недель" состоялась только в феврале 1987. Даже в том изрезанном цензурой варианте (из более, чем двадцать тысяч кадров в картину вошло лишь полторы!) она явилась серьезным упреком властям в их тяжких грехах - от безответственности в ходе эксплуатации АЭС до подло трусливого поведения во время и после аварии.
И даже тот изрезанный цензурой вариант был закуплен впоследствии 132 странами мира и получил призы девяти международных кинофестивалей, вошел в историю украинской и мировой кинопублицистики.
А через месяц после выхода истерзанного цензурой фильма Владимир Никитовича Шевченко не стало.
…Когда Владимир Шевченко окончательно слег в больницу, в его дневнике появилась запись: "Если кто-то скажет мне, что если бы не лез, был бы с легким, немедленно отвечу: лучше без легких, чем, как некоторые, без чести".



Песочные часы времени пытаются безжалостно стереть имена тех, кто не кланялся перед смертоносными лучами радиации. Но это уже не продиктованная Чернобылем трагедия, это уже Чернобыль человеческой души и памяти. То, что Владимир Никитович осознал и, по средствам кинопленки, попытался донести своему народу, этот народ до сих пор не только не сумел осознать, но и, лениво отмахнувшись и полностью переключившись на вопросы материального достатка, даже не смог понять. У такого народа, не сделавшего выводы из своей истории, не сегодня, так завтра появится очередной, новый Чернобыль, и снова боль и страх на острие правды первыми поднимут операторы-документалисты, подставляя себя под смертоносный удар. Для кого? Достойны ли мы?..

Комментарии:   Рейтинг:
"Подих Життя" Международный благотворительный фонд
2018-12-14 11:46
Fatal error : Shield protection activated, please retry in 262 seconds...
After this duration, you can refresh the current page to continue.
Last action was : Hammering